
Главный дар
Бархатный баритон огромного диапазона, оперная выучка и эстрадная теплота в одном голосе. Магомаев умел и потрясать оперной арией, и нежно петь о любви — и всё это было по-настоящему.
Его голос невозможно спутать: благородный, объёмный, с безупречной дикцией и той особой искренностью, от которой замирал зал. Магомаев пел на русском, азербайджанском и итальянском — и на каждом языке был убедителен.
Голос
Магомаев не выбирал между оперой и эстрадой — он владел и тем, и другим. Оперная школа давала ему мощь и культуру звука, а эстрада — прямой путь к сердцу миллионов слушателей.
Он был ещё и композитором: писал музыку, в том числе к собственным песням и к кино. Сцена для него была не работой, а способом говорить с людьми о главном.

Золотой репертуар
Лишь несколько из десятков песен, без которых невозможно представить его голос.
Голос
На сцене он не играл, а жил: каждая песня была обращением к конкретному человеку в зале. Отсюда и магия — слушателю казалось, что поют лично ему.
Эту искренность невозможно подделать, и именно она сделала его голос родным для миллионов, далеко за пределами музыкальной моды своего времени.

Авторы и годы песен в разных источниках иногда указываются по-разному; здесь приведены общепринятые сведения.